— А я все зубами мучаюсь.
— Ишь ты, — равнодушно сказал председатель, продолжая писать.
По его небритой щеке, отливающей медью, ползла большая муха. Скривившись, он дул, пытаясь согнать ее.
— Собрание-то когда? — спросил Кузьма Андреевич, зажмуриваясь от нестерпимой боли.
— А что?
— Надо бы... Всякое там. Вопросы.
Помолчав, Кузьма Андреевич осторожно добавил:
— Крыша опять же...
— Какая еще крыша?
— А на хрулинском доме. Порубил ее Хрулин...