Одни остаются всё те же.
Мы любим гнилушки, нам плесень мила,
От ржавчины мы в восхищенье,
Лишь к солнца сиянью и к ярким цветам
Питаем мы все отвращенье.
Могилы манят нас, и даже детей
Рожать мы летим на кладбище.
Опавшие листья и высохший мох
Нам служат приправою к пище.
Мы верим в блаженство, но — только для нас,