Только Наташа опустила глаза и ничего не сказала.
— Вот фантазия! — даже обиженным тоном произнесла Мари. — Вечно выдумает что-нибудь ни с чем не сообразное.
Николай пожал плечами.
— Отчего же несообразное? Если бы не было нужно, если бы не было дела, так не поехал бы.
— Да какие дела, я наверно знаю, что нет никаких и не может быть!.. Приехал на все лето и вдруг, ни с того ни с сего, уезжает, и, главное, когда же — жара ужасная… Еще вчера я от тетушки получила письмо, пишет, что в Петербурге просто задыхаются.
— А тем не менее я все же поеду, — сказал Николай таким тоном, после которого, как Мари давно уже и хорошо знала, что возражать ему и спорить было бесполезно.
Вдруг Мари как будто сообразила что-то, на апатичном лице ее промелькнуло даже волнение, ее губы нервно дрогнули.
— Впрочем, хорошо, пожалуй, и лучше, что ты едешь… уезжай! — сказала она.
Николай с изумлением взглянул на нее.
— Да, уезжай, — повторила она уже почти шепотом, наклоняясь к нему, — только ведь никуда ты от себя не уедешь… никуда!..