— Ну что, матушка, опростоволосилась? А уж как шашки-то подошли, ни за что бы не уступила Петру Иванычу.
— Ничего, Мавруша, ничего, — отвечала, засмеявшись, Елизавета и все прекрасное лицо ее на мгновение озарилось, — ничего, если шашечную игру проиграла, шашки уступлю кому угодно, вот бы другую игру не проиграть только!
Лесток вышел из комнаты, но сейчас же и возвратился.
— Цесаревна, — сказал он, — гости к вам.
— Кто это?
— Да кто же, как не маркиз, — ответила Шепелева за Лестока., — Кто к нам теперь тихомолком по ночам приезжает, словно на любовные свиданья? Наверное, он!
— Он и есть, — сказал Лесток.
— Так просите его, — опять улыбнулась Елизавета, — и оставьте нас; может быть, это и, действительно, любовное свидание.
— В таком случае, мне ревновать надо, — смеялась Шепелева, — я, право, совсем влюблена в маркиза, никогда еще не видывала такого красавца.
Она взяла под руку Шувалова и вместе с ним вышла из комнаты.