— Нет, — прошептала она.
И сама вдруг удивилась, зачем это пришла сюда в такой необычный час. Зачем вдруг оторвалась от делового письма, которым была занята, и спешила сюда, через длинный ряд комнат, отделявших ее помещение от библиотеки, спешила, будто боясь потерять секунду, будто имела передать мужу что-нибудь крайне важное.
— Нет! — повторила она, смущаясь. — У меня нет до тебя никакого дела, Николай.
Он едва заметно улыбнулся и все продолжал глядеть на нее.
— А между тем ты вдруг почувствовала необходимость прийти ко мне? — медленно проговорил он. — Ты спешила? Да?
Она даже побледнела и с беспокойством взглянула на это, всю жизнь знакомое ей и до сих пор всегда как будто новое, загадочное и непонятное лицо.
— Да, но что же это значит?
— Это значит, — отвечал он все тем же спокойным голосом, все так же медленно, — значит, что я позвал тебя… Ведь это не в первый раз — вспомни?!
Она знала, что не в первый раз. Она побледнела еще больше и внутренне невольно шептала молитву.
Вот она только что забылась в это последнее время, поглощенная живыми, ежедневными заботами. В доме большие перемены: московские молодые Горбатовы переехали сюда после смерти своей воспитательницы Клавдии Николаевны; много всяких забот и хлопот… Затем Гриша. Он не на шутку задумал жениться на Бородиной. По своим религиозным воззрениям, а главное потому, что уж исподволь высмотрела ему невесту, она была против этого брака. Но у Гриши такой характер… с ним справиться трудно.