— Очень рада, — милостиво сказала она, — граф Безбородко доволен вами, в чем я, впрочем, нисколько и не сомневалась, — я читала составленную вами бумагу — вы хорошо пишете…
— Но, кажется, он танцует еще лучше, — заметил Нарышкин.
— Что же, и это не мешает, — ласково проговорила Екатерина, — но еще лучше то, что я о вас узнала, господин камер-юнкер…
Она замолчала и одарила Сергея своей самой милой улыбкой. Он растерянно взглянул на нее.
— Что вы узнали, ваше величество?
— Ну… этого я вам не скажу.
В это время подошел Потемкин. На его лице не было уже скучающего, апатичного выражения; он улыбался, бережно держа под руку хорошенькую пастушку — Марью Львовну.
— Я знала кого послать, чтобы развеселить князя, — сказала императрица.- Votre petite bergère fait des prodiges, monsieur le Grandecuyer!
— Ca ne me regarde pas — я давно на нее махнул рукою! — ответил Нарышкин и шепнул Сергею:
— Что, братец, задали загадку?! Да ты не ломай себе голову… Каким путем — не знаю, а сделалась известной твоя поездка в Коломну, также и то, что ты бежал мужественно от чар соблазна…