— Что такое — говорите! — внезапно оживляясь и приподнимаясь с подушек, воскликнула генеральша.
— Да что уж вас теперь беспокоить, коли вы так нездоровы…
Но генеральша совсем оживилась.
— Говорите, говорите! Видно, опять пакости какие? Ну, что такое? Что такое?
— Да уж как вам сказать, благодетельница, оно не то что… а уж и подумать не знаю как… Видите ли, Нина Александровна…
— Нина! Опять!.. Мало прошлогоднего!.. Упросила дочка… Видно, я ей не показала… Но говорила ведь: еще что-нибудь узнаю — не будет спуску, не стану держать в доме такую… А коли она ей дороже матери… Ну что ж — пусть вместе и уезжают… Что она еще наделала?
— Да уж такое… уж такое!..
Пелагея Петровна только разводила руками.
— Такое… кабы не своими глазами видела — не поверила бы, никому не поверила… потому — ведь… барышня… к важным господам в гости ездят… вон с ними и царская фамилия танцует… и вдруг…
Генеральша вся так и насторожилась… Она забыла о всех своих недугах, о смерти не было и помину, глаза ее горели. Она так и впилась в лицо Пелагеи Петровны.