Катрин закусила губы.
— Этого мало, — продолжал он. — Я уверен, что отец подарит ему дом к свадьбе. Так что тебе останется одно из двух: или подружиться с нею и уступить ей все хозяйские права как старшей — или выбираться…
Катрин несколько мгновений не могла выговорить ни слова.
Наконец она поднялась и устремила на мужа самый презрительный взгляд, на какой только была способна.
— Знаете что, Владимир Сергеевич, — проговорила она, — я считала вас гораздо умнее и… — plus pratique, чем вы теперь оказываетесь.
Владимир слегка поклонился ей.
— Благодарю за откровенность! Но к вашему мнению я, как вы знаете, довольно равнодушен.
— Помилуйте, о чем же вы думали? Почему этот дом ему, а не вам, когда вы первый женились, когда у вас уже есть сын, прямой продолжатель вашего рода? А у них еще увидим — будут ли дети… По всем правам, по всем, дом этот должен принадлежать вам, и если бы вы были умны, так давно бы уж все устроили…
— А вы полагаете, что я уже об этом не думал?.. Я намекал отцу… Я, наконец, не далее как этим летом ему высказался…
— Что же он?