— А и то — хорошо, что пришли… вот я сижу здесь, сижу взаперти… дохтура этого дожидаюсь! Ну и порядки же здесь!.. На ключ запирают… А мы вот вышибем-ка двери, да и уйдем — чего ждать-то…
— Нет, Алексей Прохорыч, дверей вышибать в чужом доме не след, — заметили разом Посников и Александр. — Подождем дохтура.
Вдруг Посников уставился на руку Алексея Прохоровича и ехидно усмехнулся.
— Перстень-то твой где? — воскликнул он.
— Какой перстень? — весь багровея и совсем теряясь, спросил Чемоданов, в то же время бессознательным движением пряча свою руку.
— Дорогой, большой, с камнем самоцветом?
— Перстень?.. А я, верно, дома его оставил.
— Как же это дома, если я видел его у тебя на пальце, когда ты пошел сюда.
— Тебе это почудилось, Иван Иваныч.
Посников покачал головою, а Чемоданов, еще более багровый, начал упорно глядеть в окно.