Меншиков разбранил камердинера, прогнал его и велел ему немедленно убираться из Петергофа. Камердинер кинулся к императору, повалился ему в ноги и умолял заступиться за него перед князем. Петр только и желал чего‑нибудь подобного и ухватился за возможность показать себя Меншикову. Он призвал его к себе и встретил так, что князь опять почувствовал возвращение своей лихорадки. Все кончилось тем, что камердинер был возвращен.
Дня через два опять повторилась подобная сцена.
Петр потребовал у Меншикова пятьсот червонцев.
— Зачем? — спросил Меншиков.
— Надобно! — резко ответил Петр.
Александр Данилович ничего не возразил и велел выдать червонцы. Петр сейчас же снес их к Царевне Наталье в подарок.
— Вот как я его учу, — сказал он ей, — небось, теперь он их у тебя не отнимет!
Но каково было изумление императора, когда через час какой‑нибудь сестра объявила ему, что Александр Данилович отобрал у нее эти червонцы.
— Где он, где он, этот Меншиков? Подайте мне его сейчас же, где он? — задыхаясь от волнения и гнева кричал император.
Меншикова не было. Он только что уехал к себе в Ранбов.