- Все до поры до времени, чует мое сердце, натворит чего-нибудь мальчишка.
И долго ворчала старуха одна в своей каморке. Дарья ей поддакивала, Еремей поглаживал бороду, а Семка работал, как вол.
ВСТРЕЧА
- Семен, - сказал как-то после обеда Еремей,- дорогу в Боброво знаешь?
- Это за лесом что ли?
- Ну да, она самая. Сходи-ка ты туда. Там Кузьму Петухова спросишь, он обещал у меня баранов посмотреть, скажи, чтобы-скорей приходил, а то я на ярмарку отвезу. Да скорей вернись! Нам еще снопы довезти надо, последние.
- Ладно,- сказал Семка.
Он быстро вышел из хуторка, спустился к реке и пошел берегом. Стоял прозрачный, как стекло, августовский день. Паутины летали по воздуху, точно белые кисейки. Деревья там и сям уже сильно желтели, пахло грибом и увядающей зеленью.
Боброво находилось в верстах семи от хуторка. На лугу у реки паслось стадо. Коровы красивыми рыжими и пестрыми пятнами разбросались на пожелтевшей уже траве. Среди них Семка еще издали узнал Любимку. Корова стояла отдельно от стада на пригорке и неторопливо жевала жвачку. Золотые лучи солнца пронизывали ветки и корова в этом вечернем уже освещении казалась совсем красной.
«Хороша корова у Еремея, - подумал Семка,- ни у кого такой нет, во всей деревне, и дойная, больше ведра дает!»