— Много, сударь, слава богу! — отвечала Малаша, нисколько не смешавшись. — Да и не одной капусты: посмотрите, сколько моркови, репы, луку…
— Ах! лук выедает мне глаза! — жалобно проговорил Валерий. — Я от него всегда плачу… — И слезы в самом деле навернулись у него на глазах.
— Ништо! — возразила девушка, — не кушайте сырого.
— Ах! я не ем… Я теперь ничего не ем! — вскричал Валерий в каком-то самозабвении.
— Ахти! ужли нездоровы? Не сглазил ли кто?
— Ты, ты меня сглазила, милая, прелестная Мелания!
— Я? Упаси господи! Да с чего мне? У меня же и глаз не черный.
— Так! Эти голубые глаза, эти небесные очи обворожили мое сердце…
— Вот что! — протяжно и вполголоса промолвила девушка, у которой светлая мысль промелькнула в голове, и глаза ее невольно потупились в землю.
— Мелания! милая, несравненная Мелания! ангел красоты и невинности! — восклицал Валерий, более и более усиливая голос и почти не помня себя.