Когда о чем-нибудь говорится, что оно схоже по природе, то разумеется, что оно схоже своей силой (по пол. 1 части 3), а не бессилием или отрицанием, а следовательно (см. схол. пол. 3 части 2), и не страстью. Поэтому поскольку люди подчинены страстям, постольку о них нельзя сказать, что они схожи (между собой) по природе, – что и требовалось доказать.
Схолия
Дело ясно само собой. Ибо кто говорит, что белое и черное схожи между собой лишь в том, что ни одно из них не есть красное, тот просто утверждает, что они не схожи между собой ни в каком отношении. Так же точно, если кто-либо скажет, что камень и человек схожи между собой лишь в том, что оба они конечны, бессильны или что не существуют по необходимости своей природы, наконец, или что их бесконечно превосходит могущество внешних причин, тот конечно утверждает, что человек и камень не сходятся между собой ни в чем. Ибо то, что сходится в одном только отрицании или в том, чего в нем нет, то на деле не сходится ни в чем.
ПОЛОЖЕНИЕ XXXIII
Люди могут различаться между собой по природе, поскольку они волнуются аффектами, которые суть страсти, и постольку также один и тот же человек может быть различен и непостоянен.
Доказательство
Природа или сущность аффектов не может быть объяснена одной только нашей сущностью или природой (по опр. 1 и 2 части 3), но должна определяться силой, т. е. (по пол. 7 части 3) природой внешних вещей сравнительно с нашей природой. Вследствие этого происходит то, что столько есть видов каждого аффекта, сколько видов предметов, которые оказывают на нас действие (см. пол. 56 части 3), далее, то, что люди от одного и того же предмета испытывают различные впечатления (см. пол. 51 части 3) и постольку они разнятся природой; наконец, то, что один и тот же человек (по тому же пол. 51 части 3) испытывает по отношению к одному и тому же предмету разные аффекты и постольку бывает различен и проч., – что и требовалось доказать.
ПОЛОЖЕНИЕ XXXIV
Поскольку люди волнуются аффектами, которые суть страсти, постольку они могут быть взаимно противоположны.