Он приходил на полеты, как правило, с опозданием. Курсанты почтительно ожидали своего «бога». Придет такой педагог, волком взглянет на своих питомцев и молча ткнет в кого-нибудь пальцем. Это значило:
- Тебе лететь.
Тот, кому выпал жребий, быстро влезал в самолет, дрожащими руками застегивал ремни и взлетал. В полете ученик, невзирая на шум мотора, внятно слышал отборную ругань, которая, сдобренная угрозами, заменяла то, что ныне принято называть методическим исправлением ошибок.
Инструктор старой школы держал себя жрецом, постигшим все законы полета. Он нестерпимо важничал и порой сам был уверен, что лучше его в летном деле вообще никого нет и быть не может. Отсюда и соответствующая, с позволения сказать, методика обучения. А по существу - ее не было. Каждый обучал, как знал, как умел. Много было недомолвок, неясностей и в системе обучения и в самой технике пилотирования. Но каждый инструктор считал своим долгом выдавать авиацию за искусство только для посвященных, постигших великие секреты полета.
Поэтому полет был окружен ореолом таинственности, загадочности. Это - ритуал, который в совершенстве знает только инструктор. Но он до поры до времени не открывает свои секреты… [27]
Нелепо и странно выглядел самостоятельный выпуск ученика. Прежде всего никто не знал, когда его выпустят в полет одного. Когда же ученик летел в первый раз самостоятельно, то на крылья самолета привязывали по красной ленточке с одной и с другой стороны. Эти опознавательные знаки должны были при воздушных встречах оповещать, что ученик летит первый раз без инструктора, ему полагается уступать дорогу и вообще не мешать, не смущать его.
И вот близок конец летной программы. Кончаются полеты учеников с инструктором. Он приходит на аэродром еще более мрачный, еще более сердитый. Ученики, и так боявшиеся инструктора, теперь избегают встречаться с ним глазами. Волнения и всяческие переживания учеников усугубляются торчащими из кармана кожаной куртки инструктора пресловутыми красными ленточками.
Ученикам полагалось догадываться, что сегодня кого-то будут выпускать. Кого? Неизвестно. Легко представить себе состояние учеников. А инструктор нередко целый день проходит с торчащими из кармана красными ленточками, но никого в самостоятельный полет так и не выпустит.
А иногда, как гром среди ясного неба, раздавалось ошеломляющее ученика:
- Ну-ка, ты - садись! Да смотри у меня!…