Наполовину понимая их вопросы, обступленный со всех сторон, я едва мог удовлетворить их любопытство.
— Плиятер буду за нама, — фамильярно говорил один, похлопывая меня по плечу.
— Поторгова буду? Тиби сама серебро хозяин или пыркашики? — приставали другие (т. е. ты хозяин или приказчик?).
— Не понимаю, — повторял я с досадой.
— Плиятер, сердиза не надо. Чево напрасно!
— Нама только спрашива. Сердиза не надо!
— Тиби умна люди халышанки… После торгова буду… — ласково говорили некоторые.
Вошел хозяин дома и увел меня в другую комнату, говоря, что зала у них всегда в грязи от частых посещений китайцев.
После непродолжительных разговоров с хозяином я отправился к другому старшине, где встретил точно также китайцев, приставших с вопросами: «откуда, как зовут, есть ли отец, сам ли хозяин, или приказчик?». Так точно и у остальных двух старшин я встретил то же самое.
В торговой слободе каждогодно выбирается из купечества по четыре старшины, для наблюдения за ходом торговли, и приезжающий по делам в Кяхту, по принятому обычаю, должен делать визиты старшинам, как, в некотором роде, местному начальству.