— Дайте лучше самовар.
Через несколько времени нечищенный, позеленевший самовар, чайник с изломанным носом, чашка без ручки, поднос изогнутый и перепачканный, — все это в огромных размерах было принесено солдатом за один раз и принесено совершенно оригинальным способом: самовар он нес в руках, поднос висел у него на пуговице жилета, а чашку и чайник он, к великому моему удивлению, вытащил из обоих карманов своего дырявого пальто.
— Ты и солонину из кармана подаешь на стол? — спросил я.
— Нет-с. Как можно…
Солдат улыбнулся и, снова опершись рукою о косяк двери, начал смотреть на угол печи.
— Отчего же у вас обеда для проезжающих нет?
— Не для кого делать-то…
— Как не для кого? Для проезжающих.
— Кто теперь проезжает. Теперь хороший хозяин собаки из конуры не выгонит, а то проезжающие. Вот слышите, как оно воет да бурлит, море-то…
— А в другое время когда же вы кормите проезжающих?