— Да ведь это не 60 т. стоит? — спрашивал я, пораженный такой значительной суммой.
— Ну остатки идут — вот на обеды, на угощение начальства, вот недавно 200 руб. пожертвовали бедным, — говорил, смеясь, мой знакомый.
— Кому же отчет отдается в добровольной складке?
— Как кому? Сами себе и отдаем отчет.
— Да ведь чаи, большею частью, вымениваются комиссионерами на капиталы московских и других купцов?
— Ну да что за важность; сорок-то копеек бросить можно, — ведь это мелочь, — говорил мой знакомый, а сам едва сдерживал смех. Он хорошо понимал всю нелепость добровольной складки и всегда смеялся над ней.
— Вот называют «добровольная», а ну, попробуйте-ка, — продолжал он, — не отдать ее, так и чай из гостиного двора не выпустят: вот вам и добровольная!
— Значит, и с меня тоже потянут, если буду покупать чай?
— Конечно; исключение что ли для вас делать: ведь вы на обеде были?
— Ну так что же? — удивленно спросил я.