Оправдайте при этом каким-нибудь вымыслом воображения скупость вашей акцентуации.
«Не так-то легко это сделать!» — подумал я.
Но Паша, по-моему, очень хорошо вышел из затруднения. Он не только оправдал скупость акцентуации, но и нашел такие предлагаемые обстоятельства, при которых было легко перекидывать единственное допускаемое ударение с одного слова на другое, когда Аркадий Николаевич заставил его делать это. Вымысел Паши заключался в том, что все мы, сидевшие в партере, будто бы делали ему допрос по поводу прихода «хорошего человека». Этот допрос, по вымыслу Паши, вызван недоверием к действительности передаваемых им фактов, к правдивости его утверждений по поводу прихода «хорошего человека». Оправдывая себя, Паше приходилось настаивать на верности, правильности каждого слова его рассказа. Вот почему он выделял по порядку каждое из них и точно вдалбливал акцентируемые слова в наши головы. «Х_о_р_ о_ ш_и_й человек пришел сюда» и т. д., «Хороший ч_е_л_о_в_ е _к пришел сюда и т. д.», «Хороший человек п_р_и_ш_ е _л, пришел сюда и т. д.», «Хороший человек пришел с_ю_д_ а, сюд а и т. д.». При этих старательных выделениях каждого нового ударного слова Паша не ленился каждый раз договаривать одну и ту же фразу до конца, тщательно снимая с нее все ударения, за исключением одного выделяемого слова. Это делалось для того, чтобы не лишать смысла и силы главное, ударное слово. Взятое отдельно, вне связи со всем рассказом, оно, естественно, теряло бы свой внутренний смысл.
После того как Паша кончил заданное упражнение, Аркадий Николаевич сказал ему:
— Вы хорошо ставили и снимали ударения. Но только зачем такая торопливость? Зачем комкать ту часть фразы, которую надо лишь затушевывать?
Торопливость, нервность, болтание слов, выплевывание целых фраз не затушевывают, а совершенно уничтожают их. Но ведь этого не было в ваших намерениях. Нервность говорящего только раздражает слушающих, неясное произношение злит, так как заставляет их напрягаться и догадываться о том, чего они не поняли. Все это привлекает внимание слушающих, подчеркивает в тексте как раз то, что вы хотите стушевать. Суетливость тяжелит речь. Облегчает же ее с_п_о_к_о_й_с_т_в_и_е и в_ы_д_е_р_ж_к_а. Чтоб стушевать фразу, нужна нарочито неторопливая, бескрасочная интонация, почти полное отсутствие ударений, не простая, а особая, исключительная выдержка и уверенность.
Вот что внушает спокойствие слушающим.
Ясно выделяйте главное слово и пропускайте легко, четко, неторопливо то, что нужно лишь для общего смысла, но что не должно выделяться. Вот на чем основано искусство снятия ударений. Вырабатывайте эту в_ы_д_е_р_ж_к_у р_е_ч_и в классе «тренинга и муштры».
Новое упражнение заключалось в том, что Аркадий Николаевич велел нам расчленить рассказ о «хорошем человеке» на ряд отдельных э_п_и_з_о_д_о_в, которые нужно было выделять и ясно рисовать.
Первый эпизод: хороший человек пришел.