Станет труднее не только оправдывать, но и произносить ту же фразу. Почему? Да потому, что в нее вкладывается новое значение: во-первых, что не кто-нибудь, а именно «знакомый» человек пришел, а во-вторых, что он пришел не куда-нибудь, а именно «сюда».
Поставьте третье ударение на слове «пришел», и фраза станет еще сложнее для оправдания и для речевой передачи, потому что к прежнему ее содержанию прибавляется новый факт, а именно, что «хорошо знакомый человек» не приехал, а «пришел» на собственных ногах. Теперь представьте себе очень длинную фразу со всеми ударными, но внутренне неоправданными словами.
Про нее можно только сказать, что «предложение со всеми ударными словами ничего не означает». Однако бывают случаи, когда надо оправдывать предложения со всеми ударными словами, вносящими новое содержание. Такие фразы легче разделить на много самостоятельных предложений, чем в одном выразить все.
Вот, например, — Аркадий Николаевич вынул из кармана записку, — я прочту вам тираду из шекспировского «Антония и Клеопатры».
«Сердца, языки, фигуры, писатели, барды, поэты не могут понять, высказать, отлить, описать, воспеть, исчислить его любовь к Антонию».
— Знаменитый ученый Джевонс, — читал дальше Торцов, — говорит, что Шекспир соединил в этой фразе шесть подлежащих и шесть сказуемых так, что, строго говоря, в ней шесть раз по шести, или тридцать шесть предложений 15.
Кто из вас возьмется прочесть эту тираду так, чтоб выделить в ней тридцать шесть предложений? — обратился он к нам. Ученики молчали.
— Вы правы! Я тоже не взялся бы выполнить задачи, поставленной Джевонсом. У меня нехватило бы для этого речевой техники. Но теперь дело не в самой задаче. Не она интересует нас, а лишь технические приемы выделения и к_о_о_р_д_и_н_а_ц_и_и многих ударений в одном предложении.
Как выделить в длинной тираде одно самое главное и ряд менее важных слов, необходимых для смысла?
Для этого нужен целый комплекс ударений: сильных, средних, слабых.