– Извините, «Новое Время» свободно? – раздался около меня голос по-русски.

Я поднял голову и увидел перед собою Привальева.

– Вот не ожидал… Как приятно встретиться со старым знакомым! – проговорил Привальев, пожимая мою руку. – Я здесь от печени! А вы?

– От диабета…

– Позвольте присесть около.

– Пожалуйста…

Привальев попросил кельнершу подать кофе и присел против меня.

II

Безукоризненно одетый, моложавый, несмотря на свои «под пятьдесят», Привальев был еще красивый мужчина с заседевшей русой бородкой и выхоленными пышными усами. Но в лице он осунулся. Отливавшее желтизной, оно имело серьезное «государственное» выражение, внушительность которого смягчалась застланностью взгляда проницательных и пытливых глаз.

Он заговорил необыкновенно любезно и даже не без некоторой задушевности тона в мягком теноре.