— Всякие есть между ними, — неопределенно заметил Пинегин.
— Твоя мать — прелесть, сестры — милые, — восторженно говорила Раиса.
— А братья?
— И братья славные.
— У тебя, кажется, все люди — славные, — смеясь сказал Пинегин.
— А разве твои братья не хорошие? — испуганно спросила молодая девушка.
— Самые обыкновенные экземпляры человеческого рода, да я не про них. Я — вообще. Ты обо всех людях судишь по себе. Золотое у тебя сердце, Раиса! — горячо прибавил Пинегин и подумал: «И совсем ты проста!»
— Какое же тогда оно у тебя? — переспросила Раиса.
— Далеко не такое хорошее, — усмехнулся Пинегин.
— Не клевещи на себя, Саша! — горячо воскликнула девушка. — Разве я не вижу, какой ты мягкий и добрый?.. Разве я не читала твоих произведений? Разве я не понимаю твоей правдивости? А вся твоя прошлая жизнь? Твое страдание за правду?