«И на какого дьявола я шляюсь сюда каждый вечер? Зачем? Она в самом деле может подумать, что я огорошу ее просьбами о деньгах на журнал?»
«Фу, мерзость!» — мысленно проговорил Невзгодин, раздражаясь от этой мысли еще более.
Он решился сейчас же уйти, чтобы не «разыгрывать дурака». Так она и верит его «изучению»!.. Таковская!
Невзгодин искоса взглянул на нее и остался на обычном своем месте — на низеньком кресле у диванчика, на котором сидела Аглая Петровна, притихшая, грустная и ослепительно красивая.
Остался и сделался еще мрачнее, злясь на самого себя.
XXXIV
Минуты две прошло в молчании. Наконец Аносова спросила:
— Что с вами, Василий Васильич? — В тоне ее голоса звучала тревога.
Невзгодин насторожился. Он уловил эту тревогу, и в ней ему послышалось что-то притязательное. Это несколько удивило и рассердило его.
— Ничего особенного, — ответил он.