— Ничего, бабушка. Как вы себя чувствуете?
— Хорошо, хорошо, моя родная. Я чуть-чуть вздремнула. Марья Васильевна, где вы? Платок!
Марья Васильевна подала платок и юлила.
— А молодой человек здесь? Он сегодня скверно читал. И бог знает что читал. Что вы это читали? Разве так можно читать? Я не люблю, когда так читают.
Екатерина Александровна взглянула на меня таким добрым взглядом, словно бы прося извинения за слова старухи, что я изумился. Она успокоила старуху и тихо передала Марье Васильевне приказание послать за доктором.
— Вы, молодой человек… Где же он? Отчего он не читает? Пусть он читает! Ах, что вы со мной делаете? Вы, кажется, уморить меня хотите.
Она захныкала и заплакала.
— Послали за доктором? — тихо шепнула Екатерина Александровна.
— Доктор сейчас будет! — отвечала Марья Васильевна, возвращаясь через несколько минут в комнату.
А старуха опять впала в какую-то сонливость и только лепетала: