— Аннушкой.
— А ежели по батюшке?
— Егоровной.
— Так доложу вам, Анна Егоровна, вещи эти я пока в спальне сложу… Пожалуйте их мне, — говорил вестовой, принимая из рук Аннушки мелкие вещи. Он поставил их вместе с картонками за альков и продолжал: — Потом разместите, как будет угодно… А как придет катер с багажом, вы только прикажите, что — куда, мы все как следует поставим и принайтовим. Места у нас много… А что не надо, в ахтерлюк спустим. Не угодно ли, Анна Егоровна, полюбопытствовать, какая, значит, будет ваша квартира?
— Покажите, пожалуйста… А вас как звать?
— Иван Матвеев Чижиков. Вологодские будем.
— А я московская крестьянка, Иван Матвеевич.
— Но только вы, можно сказать, вовсе на американскую даму похожи, Анна Егоровна, — подпустил комплимент вестовой.
Аннушка усмехнулась с довольным видом и сказала:
— Здесь все женщины по-дамски ходят, что барыни, что прислуга…