Взял трубу и Гаук и увидел, что на «Вашингтоне» спускают баркас.
— Хотят взять нашу «Динору» баркасом!
— Так я им и дал!.. Так я их и подпущу!
И капитан крикнул боцману собрать всю команду.
Все пятнадцать человек собрались перед ютом.
— Джентльмены! — начал капитан, — на нас собираются напасть и отнять бриг. Я думаю не отдавать его и встретить баркас пулями… Но так как я вас не нанимал защищать «Динору» с ружьями в руках, то считаю долгом узнать, кто желает сражаться и кто нет. Кому угодно, тот получит по сто долларов, а кому не угодно, тот на время битвы будет заперт в трюме, чтобы не мешал нам… Когда дело окончится так или этак, не желающие получить по сто долларов будут, конечно, выпущены из трюма или нами, или матросами с «Вашингтона», если они перестреляют всех нас… Выходите, джентльмены, не желающие кутнуть в Нью-Орлеане. Надеюсь, вы верите моему слову? Выходите же, джентльмены, боящиеся пуль… Выходите!
Ни один из матросов не вышел.
— Мы хотим заработать сто долларов! — раздались голоса.
— Очень рад… Сейчас вы получите ружья… Гаук, посмотрите, отвалил ли баркас, и много ли на нем людей?
Гаук посмотрел в трубу и ответил: