— Это у нас называется судом Линча! — пояснил Брукс. — Порядочному человеку он не страшен, а мошенники и убийцы с целью грабежа его боятся…
Через полчаса Чайкин простился с Бруксом и, расплатившись, пошел в свой номер спать.
До его ушей долго еще долетали пьяные крики и ругательства. Но наконец он заснул.
2
Чайкин проспал крепчайшим сном до восьми часов утра.
Когда он вошел в общую залу, Брукс был там.
— Ну что, отоспались, Чайк? — спросил он, пожимая Чайкину руку.
— Отоспался… И жара какая, однако! А когда почтовый фургон идет?
— В одиннадцать. Времени еще много. Позавтракайте хорошенько, а потом пойдем покупать провизию. А вот и Старый Билль!
В комнату вошел низкого роста, коренастый и плотный старик с седой бородой. Его красно-бурое, изрытое морщинами лицо с седыми клочковатыми нависшими бровями, из-под которых глядели серые, пронзительные глаза, казалось суровым. Он был в высоких сапогах, в кожаных штанах и в белом пиджаке; на голове была соломенная шляпа.