— Приходилось…
— До смерти? — со страхом спросил Чайкин.
— До смерти, слава богу, не было… А повреждение оказалось большое… А ты не плутуй! — упрямо повторил Дунаев.
— А этот чисто тебя обыграл? — спросил Чайкин, понижая голос до шепота, показывая рукой на фургон.
— Как бытто не совсем… Однако ловко ж он в таком разе плутует… Очень ловко!.. Я во все глаза смотрел и ничего не приметил… Только в сумление впал…
— Оттого и бросил играть?
— Да. А поймай я его, — лежал бы он теперь, братец ты мой, с пробитой головой… Это как бог свят… Я быка кулаком ошарашиваю, а не то что человека. Бог мне силу дал! Ну, да я еще завтра его попытаю…
— Как?
— Попрошу сыграть…
— Брось лучше…