— А пассажиры все целы остались? — спросил Дунаев.

— Один был убит, другой ранен, и меня задело в ногу! — проговорил Билль.

— А где это было?

— У Скалистого ручья…

Чайкин слушал и раздумчиво произнес:

— А я полагаю, что канзасцы своего дела больше не начнут!

Билль усмехнулся.

— Сомневаюсь! — промолвил он.

— Не начнут! — упорно настаивал Чайкин. — Другими людьми станут после того, как поняли, что их пожалели…

— Как волка ни жалей, он все останется волком, Чайк.