— Все попадем, Чезаре… все попадем! Этот капитан совсем сумасшедший, — жалобно отвечал великан, с трепетом глядя на бушующий океан.
— И ничего нет легче… Только зазевайся на руле… Гибель!
— Гибель!.. — повторил и третий матрос.
— Зачем же он ведет нас на гибель?.. — говорил Чезаре. — И какие же мы будем дураки, если позволим ему вести нас на гибель… И какие же мы будем подлые трусы, если не скажем ему об этом… Пойдемте, ребята, подговорим других и явимся к нему. А если этот дьявол не согласится…
Чезаре оборвал речь и вспомнил, что этот «дьявол» — отличный моряк и что в шторм нет расчета бунтовать против капитана. Для этого нужно выбирать тихую погоду.
Тем не менее страх перед гибелью заставил его обратиться к проходившему боцману и сказать:
— Плохи дела, боцман!
— Он ничего не боится! — ответил боцман, тоже перепуганный.
— А мы боимся.
— Неужели? — насмешливо спросил боцман, сорокалетний янки с худощавым энергичным лицом, вид которого свидетельствовал о злоупотреблении алкоголем и вообще о жизни, проведенной не особенно правильно.