Тина обещала спеть еще романс. Многие из мужчин остались стоять у фортепиано, чтобы ближе видеть певицу. Гобзин тоже остался, и Ольга готова была заплакать от зависти и досады.
Когда Тина запела «Полюблю, разлюблю», гости притихли, восхищенные.
Увидавши, что «святая женщина» вышла из гостиной, его превосходительство направился к Ордынцевой, около которой было пустое место. Он присел около и, показывая глазами на дочь, будто говорил о ней, шепнул:
— Завтра придешь?
Анна Павловна утвердительно опустила ресницы.
— В три часа?
— Да. И мне нужно с вами поговорить.
Глаза Николая Ивановича слегка затуманились. Он не особенно любил, когда Анна Павловна обещала «поговорить». Это значило, что ей нужны были деньги сверх тех двухсот рублей в месяц, которые Козельский дарил на булавки, не считая подарков. А денег у него не было. Придется занимать.
— Отлично. Поговорим!
И, взглядывая на нее, он чуть слышно прибавил: