— Василию Николаевичу в деревню бы надо, Зоя Михайловна, — сказал я.
— А что, что? — испугалась она и вся вытянулась, словно боясь проронить слово.
— Плох он. Ему серьезно лечиться надо.
— Плох… — едва слышно повторила она, — плох…
Я не ожидал, что она так примет известие. Куда девалась ее улыбка? Она вся как-то замерла; глаза стали печальные.
— Но где ж он… где Вася? — вдруг встрепенулась она. — Степанида! Степанида! Поезжай, родная, скорей… отыщи барина, вот адрес… Нет, лучше вы, прошу вас.
Она умоляла меня сейчас же ехать. Я, конечно, не заставил себя просить и уехал по адресу, но там я его не застал и ничего не узнал.
— Ну что? — встретила она, трепетно ожидая ответа.
Я рассказал ей о своей неудаче.
— Господи! Не случилось ли чего?