— А у его, дьяволов, стуцер, дяденька!
— Что ж, по правде говоря, и флот с машинами. Эка он палит!! — вдруг оборвал Бугай.
На пристани стояла встревоженная толпа. Преимущественно были женщины с детьми и с пожитками. Среди мужчин — большей частью хилые, больные и старики. Все торопились переезжать на Северную сторону.
Все суетились, и в толпе раздавались восклицания:
— Голубушки… И в слободку он жарит… И несколько хат разметало…
— В улицах ядра и бомбы… Солдат так и бьют… И двух матросок убило. Показались матроски на Театральной улице… И наповал…
— Ребенка убили… Махонький… В кусочки!..
— Не приведи, господи… Ад кромешный!..
— Нашим матросам-то как на баксионах!.. Голубчики!..
— Сказывают, будет штурма…