На следующее утро Нахимов, по обыкновению объезжавший оборонительную линию, вошел на четвертый бастион.
Все видимо обрадовались адмиралу.
Он сказал батарейному командиру, что неприятель обратил все свое внимание на Малахов курган и на третий бастион…
— А главное, передовые люнеты* хотят взять… штурмом-с… Прежде хотели через четвертый бастион взять Севастополь… А теперь стали умнее-с… У вас будет меньше бойни, Николай Николаевич. Вчера вы ловко взорвали у них погреб и сбили новую батарею…
И Нахимов стал обходить орудия и похваливал матросов.
— А это что за новый у вас, Николай Николаевич, комендор-с? — спросил, добродушно улыбаясь, Нахимов, указывая на Маркушку, который под наблюдением Кащука наводил маленькую мортирку.
Батарейный командир доложил адмиралу о Маркушке, об его вчерашнем подвиге и об его настоятельной просьбе попробовать стрелять из мортирки.
Нахимов выслушал и, видимо взволнованный, проговорил:
— Нынче и дети герои-с.
И, подойдя к Маркушке, сказал: