— Подтяните вы мичмана Непобедного и еще некоторых… Уж я делал им выговоры, грозил отдать под суд. И… черт их знает!.. Видно, не очень-то боятся меня! — сконфуженно проговорил капитан.
— А чем вы ими недовольны, Алексей Иванович?..
— Раздражают и оскорбляют матросов… Жестоко бьют… И выдумывают новые наказания… И все подобное… Против закона… И вообще… воображают… Особенно мичман Непобедный… Хлыщ и нахал!..
— Слушаю-с…
И Артемьев поднялся.
— Не забудьте сейчас достать мундир и явиться к адмиралу и адмиральше. Может быть, узнаете, пошлют ли нас в отдельное плавание на Север… Адмирал собирался…
— Все-таки лучше, чем стоять в здешних дырах!
— Зато спокойнее… Я ведь привык к спокойным стоянкам, — краснея, промолвил капитан. — Обедать прошу ко мне, Александр Петрович.
И вдруг побежал к письменному столу и принес Артемьеву два письма: одно толстое, другое потоньше.
Алексей Иванович извинился, что чуть было не запамятовал порадовать Александра Петровича вестями с родины.