— Я люблю тебя… Прости… прости… Люби меня, Никс.
В эту минуту постучали в двери и кондуктор сказал:
— Любань! Три минуты!
Никс велел кондуктору взять его вещи.
— Это что значит? — растерянно спросила по-французски Мета.
— Остаюсь в Любани — и в Петербург.
— А я…
— Как вам будет угодно. Или в Крым поезжайте… или в Москву и в тот же вечер домой, к maman… Отдельный вид пришлю к генеральше. Затем развод… Имею честь кланяться!
Никс почтительно снял шляпу и вышел.
— Infame![8] — сказала Мета.