Вася не ожидал этой необычной ласки. Он нервно вздрогнул и сконфузился. Мать уже наливала ему чай, взглядывая на мужа и сына. «Удивительно, как Вася похож на отца!» — подумала она. Иван Андреевич между тем спрашивал:
— Ты, конечно, давно встал?
— В шесть часов. Я уж и раков для тебя наловил. В кухню снес.
— Спасибо, голубчик. А косил?
— Косил.
— Ну, как косьба твоя, — подвигается?
— Подвигается.
— Ах, ты, Микула Селянинович*! — добродушно засмеялся старик и потрепал сына по плечу. — Худ только телом ты. Духу-то в тебе много, а тела мало. Надо тела припасти.
— В деревне поправится. Петербург ему вреден. Помнишь, каким он из Петербурга тогда приехал: совсем чахленький.
— А все учиться надо! — серьезно проговорил Иван Андреевич, подымаясь с места.