— Нет, я поеду. А ты не беспокойся.
И он обвил шею матери своими длинными руками и нежно глядел ей в глаза. А мать тоже смотрела долго на него, и вдруг ей сделалось жаль сына. Ее поразило что-то особенное в этом нежном, страдальческом взгляде, и почему-то показалось ей, что сын не жилец на свете. Слезы тихо закапали из ее глаз.
— Ты что это? Не плачь, дорогая!..
— Милый мой!..
— К чему плакать? Разве я такой жалкий?
— Нет, нет. Так… взгрустнулось.
Вася долго сидел около матери и все старался ее успокоить. Она сквозь слезы улыбнулась, улыбнулся и он.
Однажды Вася откуда-то пришел домой со связкой книг, необыкновенно взволнованный и возбужденный.
— Что с тобой, Вася? Откуда ты? — остановил его Николай, пораженный встревоженным видом брата.
— От Прокофьева. Он мне книг дал.