— Ты, кажется, Лена, недовольна? — спросил Николай, вводя ее в спальню, разделенную перегородкой на две половины. — Вот твой уголок. Разве не хорош?
— Отлично, отлично, Коля! Слишком даже хорошо! — говорила она, оглядывая хорошенький уголок с мягкой мебелью, цветами и изящным письменным столом. — Но только зачем мне эта роскошь?
— Уж не разделяешь ли ты Васиных вкусов к студенческой обстановке? — засмеялся Николай. — Ну, так я в тебе разовью более изящные вкусы, Леночка! — прибавил он и в доказательство, что разовьет, обнял ее и поцеловал так нежно, что Леночка окончательно осталась довольна своим уютным уголком.
— А дорого ты за все заплатил, Коля? — спросила Марья Степановна, показываясь в дверях.
В голосе ее послышалась некоторая тревога.
— Нет, мама. Все обошлось в тысячу двести рублей.
— Однако, голубчик, недешево! — вздохнула Марья Степановна. — Ты как думаешь, Леночка?
Леночка вполне сочувствовала матери, но ответила с дипломатической тонкостью:
— Вещей, мама, много. И наконец обстановка делается раз.
Недешево! Положительно женщины не понимают толка в вещах. И без того Николай как-то нечаянно уменьшил цифру на пятьсот рублей, не желая пугать мать, а она все еще находит, что недешево.