— У борта, ваше превосходительство.
— Попросите капитана и господ офицеров.
— Есть!
Снова вызвали караул и фалгребных. Только что разошедшиеся матросы опять были поставлены во фронт, и офицеры выстроились на шканцах.
Адмирал отвел капитана в сторону и тихо проговорил:
— К крайнему моему сожалению, на вас, Аркадий Дмитрич, заявлена претензия, и я, по долгу службы, должен дать ей законный ход и сообщить высшему начальству.
— Какая претензия, ваше превосходительство?
— Матрос Чижов заявил, что вы его приказали наказать розгами, не имея на то по закону права. Он не был тогда штрафованным. Это правда?
— Совершенная правда, ваше превосходительство… Но этот Чижов такая каналья…
Адмирал двинулся и, направляясь к офицерам и снова останавливаясь, продолжал: