Через четверть часа оба приятеля сидели за самоваром. «Граф» на постеле, а Антошка напротив, на стуле. Анисья Ивановна деликатно подала не одну булку, а еще и большую краюху ситного хлеба… «Граф» выпил лениво стакан чая, покуривая скверную папироску, зато Антошка выпил целых три стакана, уписывая за обе щеки хлеб.
— Сыт?
— Сыт совсем… Покорно благодарю…
Антошке хотелось быть чем-нибудь полезным «графу», как-нибудь ему услужить, и он, увидавши на столе письма, проговорил.
— Прикажите снести, граф?
— В таком костюме? — засмеялся «граф».
— Что ж костюм? Я привык… Я бы сбегал, граф. Только дозвольте.
— Вижу, что сбегал бы… Лаской из тебя хоть веревки вей!.. — вставил «граф» не совсем понятное для Антошки выражение. — А ты уж сегодня никуда не бегай, посиди дома… Видишь, какая погода… Я сам письма разнесу и вообще пойду по разным делам… К вечеру я вернусь… Обедать ты будешь с хозяйкой, с Анисьей Ивановной… Она, брат, добрая, хорошая женщина, Анисья Ивановна… Без меня ты можешь прибрать нашу комнату и помочь хозяйке, если что нужно…
«Граф» стал одеваться и, окончив одевание, имел довольно внушительный вид.
— Ну что, Антошка, как ты находишь мой костюм… Хорош?