— Обо мне не беспокойся, добрый мой мальчик, — возразил «граф», тронутый такою деликатностью Антошки. — Я знаю секрет, как согреться, если очень холодно…
— И я знаю, граф.
— Ты? Какой же твой секрет?
— Я пробовал. Бывало, заколеешь от холода, выпьешь шкалик, и будто теплее…
— Никогда больше не пробуй, Антошка! — строго и торжественно сказал «граф» и прибавил: — Ах, бедный, бедный! Такой маленький и уж согревался водкой!
— Никак нельзя было по нашей работе иной раз не выпить, — оправдывался Антошка. — И меньше меня мальчики пили…
— Теперь у тебя такой работы не будет… слышишь? И ты дай мне слово, что никогда больше не прикоснешься к водке, чтоб не огорчить меня… Дашь?
— Убей меня бог, если я прикоснусь! — горячо воскликнул Антошка и перекрестился. — Да я и не люблю ее. Только горло дерет…
— То-то… Нечего и любить, подлую! — как-то грустно и значительно протянул «граф».
Он стал раздеваться и, облачившись в халат, присел к столу и спросил: