В его голосе звучала мольба.
Старший офицер, видимо, колебался.
— Свежо-с!.. Вас всего замочит на баркасе… И к чему вам ехать-с? проговорил он.
Но капитан, увидавший с мостика сперва умоляющее и потом сразу грустное выражение лица Ашанина и понявший, в чем дело, крикнул с мостика старшему офицеру:
— Андрей Николаевич! пошлите на баркас в помощь Петру Николаевичу кадета Ашанина.
— Есть! — ответил старший офицер и сказал Володе: — Ступайте, да смотрите, без толку не лезьте в опасность. — Володя бросил благодарный взгляд на мостик и стал спускаться по трапу.
— С богом! Отваливайте! — проговорил старший офицер.
С корвета отпустили веревку, на которой держался баркас, и он, словно мячик, запрыгал на волнах, удаляясь от борта.
Многие матросы перекрестились.
А с мачты, усеянной людьми, раздалось троекратное «Vive la Russie!»[63]