Предложить подобный вопрос моряку-капитану да еще американцу — значило задеть самую нежную струнку его сердца и поощрить наклонность к самому вдохновенному вранью, которым отличаются многие моряки, обыкновенно правдивые, кроме тех случаев, когда дело касается достоинств судов, которыми они командуют.
— «Петрель»? — переспросил янки и на секунду задумался, словно бы соображая, какой цифрой узлов огорошить, сохранив в то же время хотя бы тень правдоподобия. — Да в бакштаг при брамселях узлов 17 бегает! — прибавил он с самым серьезным видом.
Никто ему, конечно, не поверил.
— Ну, а ваш корвет, как, хороший ходок? — спросил в свою очередь американец.
Мичман Лопатин поспешил ответить:
— Ничего себе… чуть-чуть лучше «Петрели». В бакштаг идет 18 узлов.
Янки весело расхохотался, лукаво подмигнув глазом. Он понял, что его «утка» не удалась.
Тем временем миссис Кларк принесла вино, варенье и кексы своего изделия и любезно всех угощала.
— А вы не боитесь качки, миссис Кларк? — спросил Володя.
— Нет, привыкла. Я давно плаваю с мужем.