— Бросьте. Охота вам поднимать историю. Он пожалуется на вас капитану, скажет, что вы дерзки со старшим… Точно вы не знаете Первушина?
Но возбуждавшийся все более и более Володя не слушал Федора Васильевича и, чувствуя неодолимое желание «оборвать» ревизора, вздрагивавшим голосом крикнул ему через стол:
— Степан Васильевич!
— Что вам угодно, господин Ашанин?
— Мне угодно узнать, отчего вы не подождали меня минутку на катере, несмотря на то что вестовой доложил, что я готов! — вызывающим тоном продолжал Володя, внезапно бледнея.
Наступило общее молчание.
— Я не обязан всех ждать… Вольно вам было опаздывать!
— Одну минуту не могли подождать? Значит, не хотели?
— Хотя бы и не хотел. Это не ваше дело, и я попрошу вас прекратить этот разговор! — проговорил ревизор, возвышая голос.
— Вы не имели права не хотеть. Катер для всех офицеров, не для одного вас…