Действительно, густой туман заволакивал выход с рейда, а на рейде носился легкий туман. Солнце казалось тусклым пятном. Было тепло и сыро и пахло банным воздухом.
— Пошел шпиль![110] — раздался нетерпеливый возбужденный окрик старшего офицера с мостика.
— Есть! — отозвался лейтенант и в свою очередь крикнул матросам: — Ходи веселей, братцы!
И матросы сильнее наваливались на вымбовки[111], упираясь на них грудью, и якорная цепь с тихим лязгом выбиралась через клюз[112].
Все гребные суда были подняты, и орудия закреплены по-походному. Пары гудели.
— Как якорь? — снова раздался окрик с мостика.
— Апанер[113].
Рулевые стали у штурвала.
— Тихий ход вперед!
Машина застучала, и корвет, сделав оборот, направился к выходу с рейда.