Он чувствовал, что едва стоит на ногах.
— Папочка, да что с тобой? Ты побледнел. Твоя рука дрожит?.. — тревожно спрашивала Лиза.
— Ничего, ничего, родная…
И он присел на оттоманку.
— Тебя так взволновало это ужасное известие?..
— На свете много ужасных известий, Лиза… Я, верно, утомился сегодня… Много работал. И я не пойду в столовую пить чай… Принеси мне сюда, голубушка…
Когда Лиза ушла, Найденов как-то жалко и беспомощно прошептал:
— Неужели начинается расплата?..
XXVIII
На второй день праздника — утренняя панихида назначена была в десять часов.