Лиза похолодела. И, употребляя все усилия, чтоб скрыть от матери охватившее ее волнение, она с решительностью ответила:
— Все это вздор, мамочка.
— Что вздор?
— А то, что какой-то профессор подговаривал. Это не профессор, а кто-то другой, мамочка.
— Да, другой, — подтвердил и сын.
— Кто же?
— Не знаю… Называли фамилию, да я забыла.
— Как же говорили, что профессор, и будто обещал хлопотать о профессуре, а Заречного вон, а Перелесова на его место?
— Мало ли что говорят, мамочка.
— В Москве ведь сплетен не оберешься. На кого угодно наплетут… Никто не убережется! — угрюмо заметил Миша.