— Далеко не заходите! Пожалуй, и почта скоро придет! — сказал Билль.
— Мы недалеко.
Когда русские матросы отошли, Дунаев спросил:
— Ты чего позвал?
— А так… пройдемся… Пусть Билль один побудет…
— А что?
— Да ему что-то не хочется рассказывать. Верно, что-нибудь тяжелое для него…
— Не хочется, так и не расскажет. Это его дело. А здесь, братец ты мой, в этих краях у многих бывали такие дела, про кои неохота рассказывать… Ну да быль молодцу не в укор…
— А все-таки совесть зазрит…
— Здесь не у многих. Было и сплыло. Никому дела нет, что я в прошлом году делал, — веди только себя хорошо в этом году. А Биллю нечего прошлого стыдиться… Он зато давно правильным человеком стал. Его во всей округе почитают и уважают за его справедливость и честность… Старики здешние говорят, что Билль первый человек… Его в Денвере хотели в шерифы выбирать…