И он только дивился, как это можно наживать такие деньги и, главное, брать за какие-нибудь десять минут разговора по пятьдесят долларов. Это казалось матросу ни с чем не сообразным и просто-таки большою и возмутительною несправедливостью.
«Уж не подшутила ли надо мной горничная?» — подумал Чайкин.
Но словно чтобы уверить Чайкина, что горничная не подшутила, один из ожидавших джентльменов, потягивавший из рюмки херес, сидя в кресле, обратился к соседу:
— Третий раз прихожу… Сто пятьдесят долларов из кармана.
— А я дело веду…
— Большое?
— Не маленькое.
— И что платите ему? — кивнул на двери джентльмен с рюмкой хереса.
— В случае выигрыша пятьдесят тысяч.
— А в случае проигрыша?