Но матрос не уходил и волновался.
— Будь спокоен, Наумка не обманет — возьмет извозчика! — прибавил Наумкин дядя.
— То-то не обманет… А уж и шельмоватый Наумка!
— Понятливый. И привезет твою супружницу. Только отпустила бы Айканиха. Строгая барышня… уксусная! — протянул армянин.
— Знаю, что уксусная и зудит. Однако не посмеет… И Матрешка не овца… Отчекрыжит… Бойкая на язык!
В эту минуту мальчик сел в коляску, въезжавшую на мол, и скрылся.
— Спасибо, братцы!
С этими словами Антон побежал на пароход.
Снова прислонившись к борту кормы, он впился вперед на мол и, взволнованный и вздрагивающий, будто в лихорадке, повторял:
— И что за сволочь Матрешка!